Краеведение

ПИСАТЕЛИ ЧУКОТКИ

Дорогие гости! Сегодня мы подготовили для вас поэтический вечер «Полярная муза». И хотим посвятить его литературе нашего края. А литература нашего края, нашей Чукотки – это действительно настоящий феномен. Она уникальна. Ведь менее века назад созданы алфавит и письменность. А любая литература зарождаясь, должна на что-то опираться, что было сказано или написано до этого. Творчество же народностей Севера на протяжении тысячелетий ограничивалось лишь фольклором, передаваемым из поколение в поколение устно. А сегодня уже известны десятки имен национальных писателей и поэтов. Их произведения известны по всей стране и зарубежному читателю. Это люди разных судеб, пристрастий. Но всех их объединяет одна главная черта – каждый из них много лет прожил и многое сделал на нашей северной земле.
Нельзя не отметить, что творчество каждого из них начиналось и развивалось в тесном содружестве с творчеством писателей, создавших свои произведения о Севере на русском языке. Русские писатели вводили начинающих чукотских и эскимосских литераторов в творческую среду, переводили их стихи и рассказы, помогали дружеским советом и товарищеской критикой. Это Владимир Германович Богораз, Тихон Семушкин, Николай Шундик и многие другие. Но сегодня мы вспомним Виктора Кеулькута, Василия Ятыргина, Юрия Рытхэу, Антонину Кымытваль и многих других. Потому что именно эти люди так или иначе стали первыми каждый в своей области.


 

ВИКТОР КЕУЛЬКУТ(1929 – 1963)

Он родился в селе Туманская в семье оленевода. Учился в школе поселка Нигрин, на берегу Анадырского залива. Из дверей школы и окон он смотрел в просторную даль тундры, на цепи синеющих гор, в безбрежное пространство моря. Видимо, здесь и проснулась в нем любовь к чукотской природе, которую он позже воспел в своих стихах. Здесь, на этом маленьком клочке земли, зарождалась новая чукотская культура.

Тихо в тундре на рассвете –
Даже речка не шумит,
Даже сам бродяга – ветер
Лапы вытянул и спит.

Тихо в тундре. Тонкий, робкий,
В лужах стынет синий лед.
Из-за самой дальней сопки
Солнце рыжее встает.

И, приветствуя светило,
Тундра вдруг отозвалась –
Вся она заговорила,
Пеньем, свистом залилась.

Морем заходив зеленым,
Тяжесть рос стряхнув едва,
Зазвенела тонким звоном
Высоченная трава.

Слушай! Слушай! Спозаранку
Все ликует и поет,-
Это тундра – северянка
Славит солнечный восход.        («Прислушайся!»)

Отучившись в Анадыре, Кеулькут вернулся в колхоз зоотехником. Тогда он и начал писать стихи. После службы в армии, Кеулькут в 1954 году переезжает в Анадырь и становится сотрудником окружной газеты «Советская Чукотка», выходящей на чукотском языке. В этом же году он публикует первое стихотворение. И это стало началом творческого подъема. Так уже в 55-м году поэт был направлен в Москву участником 3-го Всесоюзного Совещания молодых писателей, а в 58-м у него выходит сразу 3 поэтических сборника. Через год Виктор Кеулькут становится первым чукотским поэтом – членом союза писателей СССР.

Это был очень скромный, немногословный человек. Он и в своих стихах редко возвышал голос. Мягкий лиризм, добрая улыбка, иногда чуть окрашенная юмором – такие чувства владеют обычно героем стихов Кеулькута.

Конечно, поэт не оставался добрым и тихим, когда видел зло, встречал несправедливость или неуважительное отношение к Северу. Широко известно его гневное стихотворение «Это неправда!», заостренное против хулителей Севера – тех, кто видит на Чукотке одни неудобства и трудности.

Его стихи – это поэтическое открытие Чукотки, ее жителей, которые не мыслят своей жизни без этого сурового края. Это и романтика трудовых буден, и любовная лирика. Есть стихи, близкие по звучанию к сатире и великолепные стихи для детей. А нас стихи Виктора Кеулькута привлекают просто задушевностью, лиризмом, самобытностью и необычайной любовью к своему родному краю.

Видно, тяжкий груз
Лег тебе на плечи…
Жду я не дождусь
Нашей новой встречи.

Только нет и нет
От тебя ответа.
Твой последний след
Затерялся где-то.

Находясь вдали,
Вспоминай о друге…
Холода пришли,
Разгулялись вьюги.

Нерпы, взяв нерпят,
Удалились в море.
И медведи спят –
Ни забот, ни горя.

Снегом замело
Хмурые просторы.
Все белым – бело:
Тучи, реки, горы.

Тундра – в полусне.
Не бывает тише…
Но и в тишине
Голос твой не слышен.        («Мой друг»)

Недолго продолжался творческий путь В.Кеулькута. В 1962 году он был направлен учиться в Москву на высшие литературные курсы Союза писателей СССР, а в 1963 году его не стало. В этом году 15 января Виктору Кеулькуту исполнилось бы 75 лет. Похоронен в Ленинграде.

В течение нескольких лет Кеулькут был дружен с Юрием Анко. Они были почти ровесниками, их объединяли общие интересы, думы, заботы. Анко стал первым эскимосским поэтом и первым эскимосским летчиком. Иногда, друзья по-доброму улыбаясь, называли его Юра Де Сент-Экзюпери.

Мечта стать летчиком появилась в детстве, когда они с мамой жили в Анадыре, недалеко от военного аэродрома. Как и все ребята его поколения, рожденные в 30-е годы, работать начал рано. Был студентом Анадырского педагогического училища. Затем поступил в Ленинградский институт имени Герцена и одновременно занимался в аэроклубе. И, наконец, курсант летного военного училища в Балашове.

Мечта сбылась. Он стал полярным летчиком. Его приняли пилотом в Анадырское авиаподразделение. В родном небе он водит тезку – маленький АН-2, воздушный вездеход, друг и помощник оленеводов, геологов Чукотки. А стихи его все чаще и чаще появляются на страницах местных газет, в центрально прессе.

Если пытаться выделить главную тему, лейтмотив его творчества, то это, пожалуй, будет тема возвращения в родное село. Герои его произведений, покидая родную землю, уже грустят о ней и живут радостным ожиданием скорой встречи.

Жди, мой Уназик! – Через год
Твой врач людей лечить придет,
Учитель поспешит приплыть,
Чтоб в школе малышей учить,
И серебристый самолет
К тебе твой летчик привезет.

Меньше 5 лет продолжался творческий путь Юрия Анко. В 1960 году он умер. Жизнь его оборвалась на тридцатом году жизни.

Еще в детстве овладела им жажда неба, еще в юности проявилась его огромная любовь к родному фольклору. Став летчиком и поэтом, Юрий Анко соединил прошлое и будущее своего народа.

В 1960 году Ю.Анко трагически погиб – застрелился. Говорят, из-за несбывшейся любви.

Если вы захотите прийти к нему, принести цветы, помянуть, следует вас огорчить – никто не укажет вам могилы, она забыта. На кладбище в Шахтерском много безымянных могил.

Только через 10 лет после гибели Юрия в Магаданском книжном издательстве был выпущен полный сборник его стихов «Эскимосские этюды». Сколько стихов было написано всего, мы тоже не знаем, и наверное, уже никогда не узнаем. Может быть, это были лучшие стихи Юрия. Но все-равно и те, что остались – это трепетный, нежный, трогательный мир Юрия Анко – с нами.

Не забывай, что истина ревнива,
Рассказывай о виденном правдиво.
У доброй вести хватит доброты,
Чтобы согреть или утешить сердце.
Не вздумай искажать ее черты,
Не приукрась их, не переусердствуй.
Но если зла или опасна весть,
А ты нести ее уполномочен,
Поведай, не скрывая, все, как есть,
Будь объективен и предельно точен.
Ну, а неправда – хошь или не хошь,
Какое ни давай ей объясненье,-
Она всегда и всюду просто ложь
И только ложь. Пусть даже во спасенье.

В бескрайних просторах нашей тундры затерялось место, где когда-то стояла яранга, в которой родилась первая чукотская поэтесса – Антонина Александровна Кымытваль. Правда, тогда в далеком 1938 году при рождении девочке было дано имя Рультына. Когда Рулттыне шел восьмой месяц, заболел ее брат-близнец. Суеверно думая, что девочку, родившуюся вместе с ним, неизбежно ожидает та же участь, мать, следуя обычаям своего рода, боясь разгневать «духов болезни», отказалась кормить ребенка. Девочку ждала голодная смерть. Однако на помощь Рультыне пришла ее бабушка. Она выкормила ее оленьем молоком, а чтобы обмануть злых духов, сбить их со следа, девочке дали новое имя – Кымытваль – Червячок. Это скромное и неприметное имя, как считали чукчи, менее опасно для ребенка, ибо оно не привлечет внимания злых духов.

Кымытваль позже говорила: «Родина у меня велика – тундра. Но чтобы люди не удивлялись, я назвала условно своей родиной село Мухоморное Анадырского района… Я там росла и училась. Там же пробовала писать первые стихи, когда мне было девять лет…».

Свое первое поэтическое творение Тоня принесла на суд любимой учительнице – Марии Львовне Никулиной.

«Тосенька – ласково сказала Мария Львовна, прочитав стихотворение, - стихи пишут талантливые люди, поэты и только на одном каком-нибудь языке.»

Девочка, видимо, ожидала услышать из уст любимой учительницы что-то вроде похвалы, и сказанное обидело ее. Однако она продолжала писать стихи, но делала это уже втайне. Причем стихи писала только на родном языке.

В 1954 году А.Кымытваль поступила в Анадырское педагогическое училище. Здесь было организовано литературное объединение. Вместе с Антониной Кымытваль сюда входил Ю.Анко. Также частым гостем кружка был Виктор Кеулькут.

Наконец, в 1957 году состоялось литературное крещение поэтессы. На страницах альманаха «Юность» появились ее юношеские стихи. Это был студенческий рукописный альманах того же литературного кружка.

Кстати, в этом же году в составе чукотско-эскимосского ансамбля она едет в Москву на 6 Всемирный фестиваль молодежи. Едет как постановщик танца и автор «Песни дружбы», которую исполнял ансамбль, и за которую поэтесса получила диплом лауреата. Позже этот ансамбль был назван «Эргырон».

Окончив училище и отказавшись от работы в районной газете, Антонина Александровна отправилась в поселок Усть-Белая, где стала работать учителем красной яранги. По мнению поэтессы, работа в красной яранге помогла ей проникнуть в «глубины чукотского тундрового языка», острее почувствовать родное слово. Возможно, именно тогда и возникла та музыка тундры, которая позднее зазвучит во многих ее стихах.

В редакцию ее все-таки отозвали.

В 1960 году в Магадане вышла первая книга Антонины Кымытваль на чукотском языке – «Песни сердца». Этот сборник – не только 1-ая книга стихов Антонины Кымытваль, это одновременно и 1-ая книга женщины-чукчанки. Можно представить какое социальное значение имел этот сборник. Ведь долгое время чукотская женщина вообще находилась в тяжелом, бесправном положении. И вот впервые чукотская женщина раскрыла свои мысли, чувства и переживания, доказав, что и ей доступна тайна поэтического слова.

Любимый, я – жена
Но я и мать
И силою такой наделена,
Что крыльями
Могу сейчас обнять
Всю землю,
На которой рождена.

Я – женщина,
Я – радости исток.
Улыбка неба.
Солнце.
И цветы.
Но ради жизни
Я сложу у ног
Все, что во мне
Сумел увидеть ты.

Но знаю я,
Как долог путь к добру.
Я знаю,
Как тернист он и как крут.
Но если я когда-нибудь умру,
Тугие зерна в детях прорастут.

У дочерей
Прорежутся крыла,
Подняв их над домашним очагом,
Чтоб прожили, как мать их прожила,
Всю Землю завещав беречь,
Как дом.

По сравнению с «Песнями сердца», вторая книга «Тебе» более едина в композиционно-тематичесом плане. В ней есть стихи гражданские, стихи о любви, о природе, о труде оленеводов и рыбаков. Название сборнику дало лирическое стихотворение «Тебе». Оно, как можно судить по содержанию, посвящено человеку, который стал ее мужем, отцом двух дочерей, верным другом и спутником жизни.

Ну как же без тебя бы я жила,
Как радоваться жизни я могла
И как могло бы сердце мое биться,
Когда б тебе его не отдала?
Ну как же без тебя смогла б я жить
И принимать судьбу совсем иную,
Кому на грудь смогла б я положить
В несчастье свою голову больную?
Спасибо солнцу и звезде полночной,
Спасибо людям всем до одного,
Спасибо небу и земле за то, что
Пришел хозяин сердца моего.
Я без тебя б не знала вдохновенья
И жизнь бы разменяла на мгновенья,
Свое существование терпя.
Ни сил бы не хватило, ни уменья,
Чтоб передать в строках все откровенье,-
Ну как бы жить могла я без тебя?!        («Тебе»)

Третья книга «Слушая музыку» - сборник, вышедший в 1972 году – в основном книга лирики: и гражданской, и личной, и интимной. Но, ведущая тема, которая всегда прослушивалась в творчестве поэтессы – любовь к Чукотке. Чувство это пронизывает все книги, оно звучит – больше или меньше в каждом стихотворении. Сборник открывается стихотворением «Разговор с тундрой», последние строки которого - «Посмотри в глаза мне: слово верность, только это слово и прочтешь.». По мнению поэтессы, тундра – это птичья песня, веселая, любимая, «пути, что близкими людьми по тундре всей проложены»; любимый, «с кем я шла по тундре, как по радуге», это друзья юности, и сама юность, это воздух, который «чист для меня словно пушкинский стих».

Чем наиболее замечателен образ Чукотки в книгах Кымытваль? Достоверностью. Написано о нашем крае немало – и со стороны и как бы изнутри. В том и другом случае чаще всего сталкиваешься либо с излишней романтизацией чукотской жизни, либо с непомерным выпячиванием трудностей, обсасыванием экстремальных ситуаций.

Работая журналистом окружной газеты, Кымытваль побывала во многих уголках Чукотки. Любой чукотский поселок, село, селение для Антонины Александровны не просто географическое название, населенный пункт. Это хорошо знакомые люди со своими укладом, традициями, заботами, уходящими в глубь веков и рожденными в наши дни. Поэтому мы должны быть благодарны поэтессе за то, что так много страниц в этой книге посвящено бытописанию. Наиболее ярким в этом ряду представляется стихотворение «Приглашение к чаю».

Нет смысла перечислять все этапы творческого пути поэтессы. Скажем только, что литературная судьба Антонины Кымытваль сложилась в целом счастливо. Уже первыми своими публикациями она завоевала доверие и любовь читателя. Ее много и в большинстве случаев удачно переводили на русский язык. Критики, исследователи творчества Антонины Кымытваль написали об ее книгах немало добрых слов.

Сейчас Антонина Александровна живет в Магадане. В этом году она стала лауреатом литературной премии имени Юрия Рытхэу в поэзии.

Наконец, наш земляк Михаил Васильевич Вальгиргин. Это был человек драматической судьбы и неиссякаемого оптимизма. Михаил Васильевич родился в 1939 году в селе Уэлькаль, Вся его короткая жизнь прошла здесь, отсюда видел он свою Чукотку, отсюда улетела его песня далеко за ее пределы.

Он прожил всего 39 лет, последние десять – это повседневная борьба за право не быть обузой для других, считать себя настоящим человеком. Судьба обошлась с Вальгиргиным сурово.

Окончив школу торговых кадров, стал работать заготовителем пушнины. Как-то, отправившись на несколько дней в тундру, попал в жестокую пургу. В итоге сильнейшее обморожение, ампутация ног. Возможно, в одну из ночей, борясь с грустными, отчаянными мыслями, поэт и написал свое одно из самых проникновенных ярких стихотворений – «Мысленный разговор со звездами».

Каждый вечер я гляжу на блеск
Самой светлой звездочки заветной,
И она с безоблачных небес
Смотрит и мигает мне ответно.

Повстречав вечернюю зарю
В час, когда я по тебе тоскую,
Я с надеждой на нее смотрю,
Дальнюю и близкую такую.

И Михаил Васильевич становится стрелком-охотником в бригаде морских зверобоев. Рано утром охотники несли его на руках из дома к вельботу. Но это летом, а зимой он внимательно всматривается в безбрежный мир, лежащий за окном, слушает его звуки, пишет стихи. В одном из своих стихотворений он сказал: «Душа моя довольна – как в первый раз родную тундру вижу..» Вот это умение увидеть обыденные вещи по-новому, как в первый раз и сделало Вальгиргина поэтом настоящим и интересным.

В его стихах ни намека, ни слова, похожего на жалобу. Проскользнула в стихотворении «Птицы улетают» строка:». Мне без вас в 100 раз труднее, слышите, я жду, прилетайте поскорее в будущем году». Но это тоска по времени, когда вельботы уходят в море, когда он вместе с другими занят одним делом и полезен.

Свои стихи начал публиковать с начала 60-х годов в местных газетах. Первая книга стихов на чукотском языке вышла в 1968 году и называлась «Здравствуй, светлая жизнь!». А еще через два года уже в переводе на русский сборник стихов «Вельботы уходят в море». Этот сборник очень цельно раскрывает мир, в котором жил, которому радовался поэт, несмотря на то, что был лишен возможности свободно передвигаться.

В годы радости и горя,
В дни прилива и в отлив
Шум натруженного моря
От меня неотделим.

И отныне, где б я ни был,-
Память выплеснет на свет
Волны – синие, как небо,
Пену – белую, как снег.

За дощатыми стенами
Дни и ночи напролет
Песни старые, как память,
Море медленно поет.

А с рассветом, без укора,
Все обиды хороня,
Море маминой рукою
Будит ласково меня.        («Шум волн»)

Тяжелая болезнь рано оборвала его жизнь. В 1978 году его не стало. А спустя два года вышел сборник последних, новых стихотворений Михаила Васильевича «Две матери». В июне этого года литературная общественность Чукотки отметила 65-летие со дня рождения поэта.

ВЭКЭТ (ИТЕВТЕГИНА) ВАЛЕНТИНА КАГЪЕВНА

Вэкэт В.К. родилась в семье морского охотника Кагъе в 1934 году. В семье было шесть братьев и одна девочка. Мальчики вскоре стали вместе с отцом ходить на охоту, и женщинам надо было тепло и красиво одевать их. Девочка постоянно находилась рядом с матерью, училась у нее всему. В первую очередь мать научила дочь шить меховую одежду, ухаживать за ней, выделывать шкуры. А за работой много рассказывала о предках семьи. Мама много пела, перекладывала на песни свою судьбу и судьбы сородичей. Все это отложилось в памяти маленькой Вэкэт. С 14 лет со зверобоями ходила на байдарах в море.

Скоро пришлось идти в школу, и началась самостоятельная жизнь молодой женщины. Но рассказы матери скоро напомнили о себе. Способность рассказывать всякие истории за Вэкэт заметил писатель-этнограф Владилен Леонтьев и предложил ей попробовать записывать их на бумагу. Валентина поначалу стеснялась, т.к. хорошо знала только чукотский язык. Леонтьев обещал помочь с переводом, и первые рассказы стали появляться в окружной газете «Советская Чукотка», а также в журнале «На севере дальнем».

В 1983 году появились стихи и песни в книге «Пою тебя, Чукотка».

Магаданским книжным издательством в 1988 году была выпущена книга «Танойгайкотльат» - легенда, рассказывающая о тяжелой судьбе берегового народа.

Владиленом Леонтьевым был подготовлен сборник рассказов Вэкэт, и вышел он в 1997 году.

С творчеством Валентины Кагъевны уже знакомы в Канаде, а благодаря французскому ученому-лингвисту легенда «Танойгайкотльат» преобразилась в роман и зазвучала по-новому. И сразу стала видна значимость народа в большой культуре человечества, границы цивилизации расширились, и появилась уверенность, что такой маленький народ будет еще долго помнить свою историю не только своими потомками, но и тем, что его культуру приняли большие народы.

В июле этого года в Анадыре, в музейном центре «Наследие Чукотки» прошла выставка «Волшебница из Уэлена», посвященная 70-летию писательницы. Помимо литературного выставка раскрывает еще один талант Вэкэт – умение красиво и искусно шить.



 

Как видите, чукотско-эскимосская поэзия многогранна, сейчас добавляются новые имена, у опытных поэтов выходят книги. Конечно, среди опубликованных стихов, есть излишне политизированные, и звучащие для нас сегодняшних несколько карикатурно.

…Партия скажет – и тают льды,
Партия взглянет – и всюду свет,
Партия скажет – и счастье придет,
Партия взглянет – заря горит…

Но давайте не забывать, что это был конец 40-х, 50-х годов, когда не только Чукотка, а вся страна была охвачена идеей социализма. Кроме того, есть некоторая идейно – творческая перекличка, частичное совпадение тем, созвучие мыслей и переживаний в ряде произведений. Но опять-таки это сходство определялось не влиянием предшественников, а социально-историческими условиями той поры.

Пути чукотской прозы более трудны, видимо, здесь есть какие-то особые причины.

Среди писателей народностей Севера самый известный – Юрий Рытхэу. До 60-х годов он был единственным чукотским писателем, работающим в прозе. Затем появилось второе имя – Василий Васильевич Ятыргин.

Он родился в 1919 году в семье чукотского бедняка-охотника. Позднее юноша стал членом рыболовецкой артели и начал учиться в школе рабочей молодежи. Началась война. Ятыргин рвался на фронт. Но комсомол направил его работать в милицию. Только после войны он заинтересовался родным фольклором.

- Я и раньше знал, что некоторые занимаются сбором народных сказок,- говорил Василий Васильевич,- Изредка сам записывал услышанные сказки в тетрадь. Но не сразу я ощутил силу и красоту фольклора. К тому же, если пробовал записанное сам переводить на русский язык, казалось, что при переводе сказки утрачивали национальный колорит, становились неинтересными.

Но в 1953 году начала выходить на чукотском языке газета «Советская Чукотка», на ее страницах впервые и опубликовал он сказки. Тогда же он попробовал сам сочинять небольшие рассказы об отдельных событиях, эпизодах из своей жизни. Еще во время работы в милиции он стал инвалидом: потерял ногу, поэтому занимался дома.

Ятыргин не стал профессиональным писателем, хотя в Магаданском книжном издательстве вышли три его книги. Первая «Мальчик из стойбища» - краткие, сюжетно-законченные рассказы о жизни чукотского мальчика Кэргынкаава. Книга была отмечена дипломом 2-ой степени Всесоюзного конкурса на лучшее художественное оформление. Через год на чукотском языке вышла книга «Сказки севера», собранные писателем. А в 1970 году, когда он уже переехал к сыну в Уэлькаль и работал там председателем сельсовета, вышла его третья книга «Судьба мужчину не балует». Многие говорили, что в своих книгах он описал себя и свою жизнь. Ятыргин и не возражал. -Да и не только моя, - говорил он,- Все, кто родились на заре советской власти, жили на Чукотке почти так же.

В 1973 году Василий Васильевич умер. И надо сказать, что только его исключительная скромность помешала своевременному широкому признанию подлинного значения творчества этого талантливого, самобытного прозаика.

Наконец «старейшина» чукотской литературы – Юрий Рытхэу. Именно ему суждено было стать первым чукотским профессиональным писателем, основоположником чукотской литературы. Он утвердил в ней жанры рассказа, очерка, повести, романа. Кроме того, выступил также как публицист, поэт, литературный критик, автор пьес и киносценариев. Рытхэу успел поработать советником по вопросам многонациональной культуры в ЮНЕСКО. Такой высокий международный авторитет писателя заслужен: его книги изданы в 30-и странах мира на 22-х иностранных языках. Опубликовано свыше 30 книг писателя.

Сегодня мы не станем прослеживать весь творческий путь писателя. Мы хотели бы представить вам 2 совершенно новые книги автора, презентация которых прошла в мае этого года в Анадыре. Это два романа «Последний шаман» и «Скитания Анны Одинцовой».

Книга «Последний шаман» - рассказ о родословной писателя, основанный на устных преданиях и легендах. Начинается книга чукотским преданием о происхождении земли, неба, воды и человека. Прародителем всего живого является ворон – первоптица. Далее автор представляет всю родословную своего рода, рода Рытхэу. Причем внимательный читатель обязательно найдет в чертах предков Рытхэу знакомые образы из уже полюбившихся произведений писателя.

Возможно, что многие сведения о Прошлом Времени расходятся с так называемыми научными данными. Ведь сведения о предках Рытхэу не имеют документальных подтверждений, закрепленных на бумаге. Но они до автора дошли через рассказы, передаваясь из поколение в поколение устно. И, как считает Рытхэу, почему должно быть больше веры рассказам какого-нибудь путешественника, не отличавшего чукчу от эскимоса, чем сообщениям, пронесенным сквозь века самими коренными жителями Чукотки? Естественно, что близкие по времени события видятся автору более или менее отчетливо. Но чем дальше в прошлое, тем туманнее предстает жизнь его предшественников. И для того, чтобы ее воссоздать, Рытхэу приходится напрягать не только свою память, но и воображение. Поэтому, «Последний шаман» - прежде всего художественное произведение. Это история последнего шамана Уэлена, коим был родной дед Юрия Рытхэу.

Заканчивается роман историей рождения Рытхэу. По словам Юрия Сергеевича, первоначально дед хотел его назвать Спасителем, но боги не одобрили это имя. И назвал его Неизвестным. Неизвестно ему было, спасет ли внук его народ или нет. Рытхэу – это и есть неизвестный.

Роман «Скитания Анны Одинцовой»

Эта книга о судьбе молодой, очень красивой девушки – Анны Одинцовой. В 1947 году она приезжает в Уэлен с целью изучить древние обычаи оленеводов, их язык и фольклор. Анна одержима мечтой - повторить и превзойти опыт американской исследовательницы Маргарет Миид, занимавшейся аборигенами Самоа в Полинезии.

Анна по доброй воле выбирает жизнь в тундре, выходит замуж за тундрового чукчу. И в отличие от прославленной Маргарет Миид, не просто созерцает со стороны, а именно вживается в изучаемый народ. Описывает жизнь этого народа изнутри, а не извне.

На долю Анны приходится очень много испытаний. Именно ей довелось стать живой, непосредственной участницей древнего обычая левират. Обычая, когда мужчина как бы наследует жену умершего или ставшего неспособным брата. Проникаясь все более жизнью кочевых людей, Анна понимает, насколько были далеки в своих суждениях от действительности великие этнографы, и Богораз, и Миклухо-Маклай, и все та же Маргарет Миид, которые судили о явлениях только умозрительно, не испытав их на собственной шкуре. И, прежде всего, неодолимой преградой, непроницаемой завесой стоит высокомерие, вызванное чувством превосходства цивилизованного человека.

Живя в стойбище Ринто, Анна на себе испытала все тяготы коллективизации. Именно ей шаман хотел передать все свои знания, именно она стала старшей в стойбище.

Название романа полностью оправдывает книгу. Это действительно были скитания. Скитания человека, полного энтузиазма, чистых, благих намерений. Скитания Анны Одинцовой.

Название романа полностью оправдывает книгу. Это действительно были скитания. Скитания человека, полного энтузиазма, чистых, благих намерений. Скитания Анны Одинцовой.


Работает под управлением WebCodePortalSystem v. 3.8.0.1
Copyright WebCode-Command © 2003-2007